Прямая речь
Семья Зыковых
Михаил и Тимофей Зыковы работают в «Ростелекоме» в технической поддержке, один – на Урале, а другой — на Волге, часто — из соседних комнат. О переплетении профессиональных путей отцов и детей мы поговорили с Михаилом Зыковым, директором проектов Центра технической поддержки массового сегмента БТИ.
В «Ростелекоме» я третий год, до этого работал в другой компании, но тоже в сфере телекоммуникаций. Образование у меня профильное, учился в институте в Перми. Решение о том, что я буду связистом, принял ещё в школьные годы.
Я рос в советское время, тогда многие мальчишки занимались в кружках юных техников, я не стал исключением. Пришёл в какой-то кружок, а ребята с радиоприёмниками в соседнем кабинете занимались. Я сразу понял: вот это — моё. Разбирались в коротковолновом вещании, собирали механизмы, паяли схемы. Можно сказать, что со своей профессиональной жизнью я определился ещё в начальной школе.
Я пришёл директором проектов Центра технической поддержки, с тех пор продолжаю заниматься централизацией ИТ-систем для обеспечения функций технической поддержки, интеграцией между ними. На текущий момент кажется, что профиль работы не изменился, а вот её объём увеличился. (Смеётся.)
С сентября этого года мой сын Тимофей тоже сотрудник «Ростелекома».
Михаил и Тимофей Зыковы
Он ещё студент, учится в Пермском государственном университете на специальности «Радиофизика», выбирал ее сам. Я вообще думал, что он на аэрокосмический факультет пойдёт. Учится уже два года, сейчас на третьем курсе. Он раньше подрабатывал в пиццерии, нормально зарабатывал, но пришёл к мысли, что нужно практиковаться в будущей профессии. Отправил резюме в «Ростелеком», прошёл собеседование, его взяли. Работу на второй линии технической поддержки кластера «Волга» совмещает с учёбой.
Когда сын только проходил обучение, то, бывало, рассказывал мне какие-то рабочие моменты. Сейчас, когда уже понял процесс, вопросов не задает, считаю, что это показатель качественного обучения входящих специалистов на Волге. Если вопросов нет, значит, все понятно, прозрачно и доступно.
Когда сын только проходил обучение, то, бывало, рассказывал мне какие-то рабочие моменты. Сейчас, когда уже понял процесс, вопросов не задает, считаю, что это показатель качественного обучения входящих специалистов на Волге. Если вопросов нет, значит, все понятно, прозрачно и доступно.
Думаю, что мой пример повлиял на выбор профессии сына. Так или иначе, он с детства наблюдал, где я работаю и чем занимаюсь.
Я дома часто рассказываю о своих рабочих ситуациях, о том, с какими трудностями сталкиваемся и как их решаем. Его выбор пойти работать в телеком — абсолютно осознанный, он понимает, что те знания, которые он получает в вузе, нужно переносить на практику. Невозможно стать связистом в теории, именно поэтому он в техподдержке. Надо понять, как лекции ложатся на железо. Фактически, это дополнительное образование, за которое тебе ещё и деньги платят.
Хотел бы я, чтобы сын работал под моим руководством? Скорее, нет. Сейчас поясню: да, мне было бы приятно, но как своего собственного ребёнка оценивать объективно? Хочешь не хочешь, а родительские чувства никуда не денешь.
Хотел бы я, чтобы сын работал под моим руководством? Скорее, нет. Сейчас поясню: да, мне было бы приятно, но как своего собственного ребёнка оценивать объективно? Хочешь не хочешь, а родительские чувства никуда не денешь.
Я думаю, что чем больше человек сам обучится, тем больше он чувствует ответственности за свои решения, он станет более профессиональным, уверенным в себе специалистом. Я за самостоятельность!
Бытует устойчивое мнение, что коллеги должны сидеть за одним столом, мол, так сокращается время на коммуникации, но я его не поддерживаю. В нашей команде люди распределены по разным часовым поясам, городам, регионам. Я рассматриваю это как дополнительный плюс: так яснее видны особенности региона, где ведётся работа. Расскажу пример из своего опыта. В техподдержке в Татарстане есть люди, которые знают татарский язык. Вы удивитесь, но и сейчас к нам на линию обращаются пользователи, которым проще объяснить проблему на национальном языке. Да, у них есть минимальное знание русского, но учитывая, что люди живут в удалённых локациях, мало разговаривают на русском и общаются между собой на родном диалекте, то знание этих местных особенностей в работе сильно помогает.
На примере нашей семьи есть в распределённых командах плюс: я работаю в офисе в Перми, а сын на удалёнке решает проблемы пользователей на Волге. Несколько десятков лет тому назад такое казалось невозможным!
